Это важнее новых кораблей и самолетов: полковник объяснил, почему Запад именно так вооружает Украину

Читати українською
Автор
10601
Это важнее новых кораблей и самолетов: полковник объяснил, почему Запад именно так вооружает Украину

Военный эксперт Сергей Грабский специально для "Телеграфа" проанализировал новые поставки и старые проблемы

Новый год начался для Украины с приятных новостей в плане военной помощи со стороны зарубежных партнеров. США выделили ее на 3 миллиарда долларов, включив в пакет БМП Bradley и другое необходимое вооружение и боеприпасы. Франция решила передать ВСУ бронемашины Bastion и легкие танки, Германия – ЗРК Patriot и БТР Marder.

Военный эксперт, полковник запаса Сергей Грабский рассказал "Телеграфу" о том, почему видоизменяется такого рода поддержка Украины, а также – с чем связано то, что некоторых видов вооружения мы пока от партнеров так и не получили.

Совпали украинские интересы и потребности наших западных союзников

По мнению Сергея Грабского, мы сейчас находимся в той стадии, когда получаем вооружение в соответствии со своими потребностями.

"С оглядкой на то, ЧТО мы получили и в КАКОМ количестве, КАКИЕ поставки уже анонсированы, говорить о том, что кто-то на Западе боится переходить некие "красные линии", не приходится", – считает полковник.

Он напоминает, что ранее ВСУ получили десятки танков, БТР, БМП и прочей наступательной техники советского образца. Это, уверяет эксперт, абсолютно логично, учитывая, что в Украине была налажена система ее технического обслуживания, эксплуатации и ремонта. И такая техника, получив повреждения, поступала на наши ремонтные предприятия, где ее оперативно восстанавливали, и она снова шла в бой.

"Теперь же мы перешли в фазу, когда практически все ресурсы такой советской и постсоветской техники, доступные нашим странам-партнерам, исчерпаны. Именно поэтому начинается постепенный переход ВСУ на западную военную технику, – поясняет Сергей Грабский. – Я не скажу, что она новая. Некоторые образцы поступали на вооружение в 70-80 годах. Поэтому речь идет просто об ином подходе, иных возможностях, иных объемах. Мы уже практически не получаем постсоветской техники, разве что в качестве трофеев. Зато активно переходим на западную, усиливая кооперацию Украины с НАТО, отказываясь от советского наследия. Нет сомнений, что мы продолжим получать всё больше образцов новых вооружений и боевой техники".

Кроме того, продолжает эксперт, надо понимать, что такие поставки выгодны не только нам, но и западным союзникам. Ведь это позволяет развернуть цикл производства, запустить дополнительные мощности, поддержать экономики, пострадавшие из-за последствий ковида и общей рецессии, вызванной российской агрессией.

"А такая помощь Украине дает возможность США и Европе создать новые рабочие места, наполнять бюджет, повысить социальную защиту и собственно защиту своих граждан. К тому же, увеличение оборонных заказов дает существенный импульс для нового уровня военно-промышленного комплекса. Понятно, что ВПК тех же США, Великобритании или ряда ведущих стран ЕС (Франции, Германии) не может работать исключительно на Украину. Выучив уроки российской агрессии, передовые государства понимают, что надо больше внимания уделять своей обороне. Как следствие – совпали украинские интересы и потребности наших западных союзников. Еще и поэтому нет сомнений, что ВСУ будут получать всё больше необходимых вооружений и военной техники, что позволит эффективнее решать задачи на поле боя", – прогнозирует полковник.

Он также призывает принимать во внимание и тот факт (несколько циничный), что, поставляя или иные образцы техники в Украину, наши союзники получают уникальную возможность – тестировать их в реальных боевых условиях, внося нужные изменения, усовершенствуя.

"Такая опция далеко не всегда доступна производителям. А тут – мы можем протестировать различные виды вооружений, применяя их против агрессора. И модифицируя порой сами, в процессе ведения боев", – поясняет эксперт.

В чём проблема с получением современных танков и самолетов

Знаковым, по словам Сергея Грабского, является то, что получаем уже БМП повышенного класса – как те же Marder, Bradley (обещанная сотня бронетранспортеров М113 – это более простые машины).

"Когда речь идет о танках, я не являюсь сторонником того, что они нужны нам именно сейчас. Следует понимать, что и американские Abrams, и британские Challenger, и французские AMX-56 Leclerc, и немецкие Leopard – это техника иного уровня, с которой нужно больше работать. И нам предварительно нужно создать систему, позволяющую их обслуживать, ремонтировать. Мы уже столкнулись с серьезными логистическими проблемами, когда те же немецкие гаубицы PzH 2000 (Panzerhaubitze 2000 – 155-мм САУ) приходилось отправлять на ремонт за кордон. При этом данные гаубицы не используются на переднем крае, в боевых порядках атакующих войск. Они стреляют с закрытых позиций – и вероятность их поражения куда меньшая, чем того же танка. Соответственно, PzH 2000 требует меньшей частоты ремонта. А танк надо ремонтировать или в полевых условиях, или недалеко от основных зон боевых действий. Учитывая, что расчетное время работы танка на поле боя – 10-15 минут, а потом, как правило, необходим ремонт, мы столкнемся с большими проблемами в этом плане", – акцентирует полковник.

С самолетами – та же ситуация, что и с новыми видами танков, поясняет эксперт. Нам передавали в определенном количестве то, что мы могли сами ремонтировать. А что касается американских F-15, F-16 или французских Mirage 2000, то под них надо разворачивать ремонтно-промышленную базу. Учить не только пилотов, но и технический состав.

"И пример поставок нам современных видов артиллерии демонстрирует, с каким логистическим кошмаром мы можем столкнуться, – отмечает Сергей Грабский. – Несмотря на единые стандарты в странах НАТО, специфика тех же французских истребителей отличается от американских, британских – от немецких и так далее. Простой пример из нашей недавней истории – когда Украина нанесла дронами удар по аэродрому российской стратегической авиации в Энгельсе, мы вывели из строя, согласно открытым данным, два самолета. И до конца войны они вряд ли вернутся в эксплуатацию. Зеркальной может быть ситуация и с нами".

О дронах и морской войне

По словам полковника, эта война продемонстрировала важность такого нового вида вооружений, как дроны.

"Они являются оружием нового поколения, новой эры применения разных видов вооружений и боевой техники. Но если рассчитывать на поставки БПЛА из-за рубежа, следует понимать, что речь может идти лишь о так называемых экспортных и не сверхдорогих моделях. Сейчас поясню, о чем речь. Помните, когда поляки заявили о желании передать Украине зенитно-ракетные комплексы (ЗРК) типа Patriot, которые им намеревались передать немцы?

Это был чисто политический, популистский шаг, декларативное заявление, не имеющее под собой никакой реальной почвы. Те ЗРК Patriot, которые Германия передавала Польше, являлись комплексами единой системы защиты НАТО. Соответственно, их системы управления имеют определенные схемы, блоки, которые являются тайными. И такое вооружение не может быть передано на территорию страны, не являющейся членом Альянса", – рассказывает Сергей Грабский.

Именно поэтому вопрос завис, уверяет он. И лишь спустя какое-то время США согласились поставить нам Patriot.

"Но я убежден, что это будет именно экспортный вариант, позволяющий использование на территории страны, не являющейся членом НАТО. Примерно такая же ситуация с дронами, – считает эксперт. – Почему американцы так аккуратны в этом вопросе и не удовлетворяют пока некоторые украинские запросы? Потому что дроны, которые мы просим (тот же MQ-9 Reaper), способные лететь на тысячи километров и наносить удары глубоко в тылу противника, являются колоссально дорогими. Плюс – такие БПЛА подвязаны под специфические системы управления, являющиеся секретными. Они используются либо на территории США, либо на территории государств блока НАТО. Потому, если нам и передадут нечто подобное, это будет дрон, который, в случае его потери или захвата, не станет угрозой для США или НАТО".

Комментируя ситуацию на морском фронте, полковник пояснил, что на сегодняшний день, исходя из того, какую акваторию мы можем контролировать, нет смысла (технически, логистически) поставлять в Украину какие-то корабли.

"Противник имеет преимущество в носителях крылатых ракет и не только. Допустим, нам дали три-пять корветов. Они станут легкой мишенью для российских средств поражения. А три-пять корветов – это колоссальные средства. Никто не готов так рисковать. Именно поэтому Украине предлагается вооружение в виде противокорабельных ракет разного базирования и возможностей (и тут у нас есть свои разработки), а также – морские дроны, которые показали высокую эффективность.

Уже сегодня Черноморский флот рф вряд ли сможет использовать полный спектр своих оперативных возможностей, – подчеркивает Сергей Грабский. – К тому же нам передали десятки катеров, обеспечивающих операции в прибрежной зоне. Мы можем ставить мины, отбивать атаки разведывательно-диверсионных групп противника. И это прообраз москитного флота будущего. Но получить большие корабли сейчас Украина не имеет возможностей. Речь должна идти сразу о ряде серьезных судов с надежной защитой от вражеских ракет. На данный момент это даже технически невозможно".